Валерий Есипов

Шаламовский сборник 6. От составителя. «Что делает человека выше ростом? Время».

Афористическую фразу Варлама Тихоновича Шаламова из его записных книжек 1960-х годов можно с полным основанием отнести к нему самому. Несмотря на то, что «время» (в лице общества) непростительно опоздало и продолжает опаздывать с освоением духовного наследия выдающегося писателя, поэта и мыслителя, его уникального человеческого и исторического опыта, — в глазах истинных ценителей литературы его личность неуклонно возвышается, занимая одно из центральных знаковых мест в картине мира ХХ века.

Сегодня становится все более очевидным, что так называемая «лагерная тема» была для Шаламова прежде всего способом говорить о вечных, непреходящих проблемах бытия (что не мешало писателю быть предельно точным исторически). Неслучайно первым пунктом его заметок «Что я видел и понял в лагере» поставлены слова о «чрезвычайной хрупкости человеческой культуры, цивилизации» — они словно устремлены в наше грозное, тревожное время, доказывая лишний раз присутствие у писателя-лагерника несомненного пророческого дара. Этот дар Шаламова (как и у Достоевского) был обусловлен его печальными наблюдениями тайных глубин человеческой природы, обнажения ее низменных сторон («звериных начал») в экстремальных условиях. Однако, как предупреждал писатель, подобные условия могут возникнуть и будущем, в самом, казалось бы, благополучном обществе, если в нем создана соответствующая «моральная температура» (т.е. перевернуты представления о морали), — тогда, по его словам, «любая цивилизация рассыплется в прах в три недели и перед человеком предстанет облик дикаря»[1].

Оппоненты и недоброжелатели Шаламова обвиняли его в «ожесточенном пессимизме» (А. Солженицын), но ХХI-й век — вслед за ХХ-м — еще раз убедительно показывает, что в человеческой истории пессимисты гораздо чаще оказываются более прозорливыми, чем оптимисты... Тем более, что пресловутый «пессимизм» Шаламова правильнее назвать не иначе как суровой охлаждающей/5/ трезвостью. Эта антиромантическая и антипозитивистская трезвость мысли (высказанной не только в прямой категоричной, но и в парадоксальной и полемичной форме) пронизывает все его суждения о мире, человеке и обществе, а также о литературе и всем другом, что волновало его в жизни. Она является важнейшей отличительной чертой писателя, придавая его умозаключениям особую весомость. Слова Пушкина: «Следовать за мыслями великого человека есть наука самая занимательная», — в полной мере приложимы к Шаламову. Однако с единственной вынужденной оговоркой: многие его размышления, к сожалению, доходят к читателю с большой задержкой, только по мере открытия «неизвестного Шаламова» — публикации новых материалов из его весьма обширного личного фонда, хранящегося в Российском государственном архиве литературы и искусства (РГАЛИ).

Напомним, что такие публикации, начавшиеся в конце 1980-х го- дов трудами И.П. Сиротинской, проходили через журнальную периодику, а затем концентрировались в «Шаламовских сборниках», выходящих с 1994 г. Этой традиции мы и придерживаемся, продолжая работу с той частью архива, которая по разным причинам (прежде всего из-за текстологических проблем) пока не дошла до читателей.

Установившийся в последнее время шестилетний интервал в выпусках сборника (5-й вышел в 2017 г., 4-й — в 2011-м) может показаться слишком большим, но он, по-видимому, оптимален. Ускорить процесс крайне сложно не только из-за трудностей расшифровки рукописей, но и из-за трудностей с их комментированием. Печально, но факт: в жизненной и творческой биографии писателя до сих пор остается множество «белых пятен», и в этом смысле каждая новая публикация является по существу лишь этапом или, точнее сказать, плацдармом в литературоведческом освоении той или иной части наследия Шаламова. То, что эти плацдармы в дальнейшем, как правило, расширяются, становясь базой более фундаментальных научных изданий, подтверждает первостепенную важность архивных поисков и последующей апробации их результатов. В связи с этим можно сослаться на пример 5-го сборника: впервые напечатанные в нем неизвестные стихи Шаламова послужили составной частью двухтомного издания «Стихотворения и поэмы» в серии «Новая Библиотека поэта» (СПб.2020), а неизвестные главы «Вишерского антиромана»/6/ вошли в полную редакцию этого произведения, представленную в книге «Вишера» (Пермь.2021), где снабжены не только обширным комментарием, но и именным указателем персонажей[2].

В предлагаемом вниманию читателей 6-м сборнике раздел «Из литературного наследия В.Т. Шаламова» особенно богат и многослоен. Открывающие раздел два материала — эссе «Формула шагреневой кожи» и вариант «Вставной новеллы» — имеют первостепенное значение для понимания мировоззрения писателя. Если в эссе в сжатом виде раскрывается его личная этическая философия, выработанная всем опытом жизни, то второй текст может служить столь же сжатым, но вполне четким выражением его политической позиции в сложной ситуации начала 1970-х годов, проливая дополнительный свет на историю с письмом в «Литературную газету» (1972). Публикуемые авторские списки «Колымских рассказов» с указанием времени и места их действия — материал исключительно важный для оценки исторической достоверности главного произведения Шаламова. Без него трудно понять, почему столь трагичны многие рассказы — благодаря ремаркам писателя становится очевидным, что они связаны событийно с самым страшным на Колыме 1938-м годом, когда здесь царил массовый террор и произвол. Авторские пояснения, несомненно, станут одним из источников при решении давно назревшей задачи — подготовки научного издания полного цикла «Колымских рассказов», где невозможно обойтись без подробного реального комментария.

Значительное место в разделе отведено недавно обработанному большому своду разнообразных материалов, касающихся Б. Пастернака. Они еще раз свидетельствуют об огромной роли Пастернака в духовной биографии Шаламова. Наряду с новыми подробностями встреч с великим поэтом в 1950-е годы большой интерес представляют размышления Шаламова о поэтическом пути Пастернака, о романе «Доктор Живаго», а также свидетельства о личности О. Ивинской. Особое внимание читателей должны привлечь поздние (1969-1973 гг.) записи, в которых Шаламов во многом по-новому оценивает поведение/7/ Пастернака в условиях «холодной войны», разрушая сложившиеся уже в те годы стереотипы вокруг личности поэта и его гражданской позиции. Очевидно, что выдвинутый Шаламовым тезис о Пастернаке как «жертве холодной войны» полемически противостоял (и противостоит) доминирующим концепциям о поэте как «жертве советского режима», и ныне этот шаламовский взгляд находит все больше объективных подтверждений. Следует подчеркнуть, что и Пастернак, и Шаламов, опираясь в своих произведениях на высшие идеалы правды, завещанные великой русской литературой, никогда не выступали с антигосударственных («антисоветских») позиций, протестуя против одномерного спекулятивно-утилитарного толкования своего творчества — как внутри страны, так и на Западе. Стоит напомнить, что писал Б. Пастернак в 1958 г. (под этими словами мог бы подписаться и Шаламов в 1972-м): «Я еще и сейчас, после всего поднятого шума и статей, продолжаю думать, что можно быть советским человеком и писать книги, подобные «Доктору Живаго». Я только шире понимаю права и возможности советского писателя и этим представлением не унижаю его звания».[3] Вся совокупность имеющихся на сегодня материалов о взаимоотношениях Шаламова и Пастернака (включая известную, многократно изданную философскую переписку), как мы надеемся, позволит в ближайшей перспективе приступить к подготовке обобщающего научного издания «Шаламов и Пастернак», равно важного для шаламоведения и пастернаковедения[4], а также и для объективного анализа литературно-общественной ситуации 1950-1970-х гг.

Теме взаимоотношений писателя с великими современниками посвящена и статья Д. Грицаенко и В. Есипова «Шаламов и Ахматова: почему не получился разговор?». В ней на основании впервые публикуемых архивных записей Шаламова сделана попытка реконструкции его встречи с А.Ахматовой в марте 1965 г. (по-видимому, единственной)./8/

О глубокой вовлеченности Шаламова в современный ему литературный и культурный процесс говорят публикуемые заметки и записи в записных книжках. Они, с одной стороны (как в отзывах о Театре на Таганке и французском драматурге С. Беккете), позволяют оценить своеобразие эстетических взглядов и вкусов писателя, с другой (как в отзывах о рассказе В. Шукшина «Кляуза» и в рецензии на стихи Н. Злотникова) — подчеркивают горячую полемичность его характера.

К весьма обширному изданному эпистолярию Шаламова (он занимает целиком 6-й том его сочинений и часть 7-го тома) со временем, очевидно, потребуются серьезные добавления, т.к. в архиве имеется еще немало неопубликованных писем. Из их числа мы выбрали пока наиболее значимые. Особую историко-литературную ценность имеет письмо Шаламову 18 февраля 1967 г. бывшего секретаря Л.Н. Толстого Н.Н. Гусева, содержащее восхищенную оценку прочтенных им «Колымских рассказов». Ряд важных деталей раскрывается в публикуемых (дополнительно к уже изданным) письмах близкого Шаламову драматурга и мемуариста А.К. Гладкова. Они сопровождаются откликом Шаламова на смерть Гладкова (1976 г.). Немало интересного открывает переписка писателя с его знакомыми — А.И. и Л.Б. Гусятинскими, Е. А. Кавельмахер и М.Н. Авербахом.

Мемуарную часть сборника представляют воспоминания владивостокского ученого-химика О. Максимова и известного московского филолога С. Неклюдова. Первый встречался с Шаламовым на Колыме, второй тесно соприкасался с ним в период 1950-1960-х гг. (Уточним, что воспоминания С.Неклюдова в форме интервью значительно дополняют его прежние публикации). Важный биографический материал содержат также статьи Ю. Кантор о враче А.М. Пантюхове, спасшем Шаламова на Колыме, и А.Таюшева — о школьном друге В.Н. Савашкевиче, фронтовике, участнике битвы за Берлин в 1945 г.

В работах многих исследователей, печатавшихся в предыдущих сборниках, не раз затрагивался вопрос об особенностях прозы Шаламова, ее поэтике и проблеме документальности. Своеобразный итог этим дискуссиям подводится в статье О. Миннуллина «”Преображение документа” как принцип поэтики “новой прозы” В. Шаламова». Вероятно, началом новой дискуссии на другую важную тему могут стать размышления театроведа О. Ключаревой, которая в своем эссе ведет речь о драматургических опытах Шаламова в контексте театральной/9/ жизни 1960-х гг. и возможностях их сценического воплощения в наше время.

Актуальным вопросам, касающимся не только шаламоведения, но и общих тенденций литературного процесса, посвящены статьи Е. Гофмана «В. Шаламов и “прогрессивное человечество”: суть и последствия принципиальных расхождений» и В. Есипова «”Я — честный советский писатель” (Еще раз о письме В.Шаламова в ”Литературную газету” 1972 г.)». В этих статьях-исследованиях раскрывается картина острого конфликта Шаламова с либеральным сообществом на рубеже 1960-1970-х гг. Авторов сближает рефлексия по поводу явлений, оставивших глубокий след в общественном сознании на пост-советском пространстве и сохраняющих горячую злободневность.

Вряд ли только академический интерес имеют также материалы раздела «Шаламов на Западе». Представленные в нем статьи Л. Егоровой «О том, как Роман Гуль редактировал Варлама Шаламова», «Колымские рассказы» в переводах Дж. Глэда и Д. Рейфилда», а также другие материалы говорят о далеко не всегда адекватной рецепции личности и творчества Шаламова за рубежом, прежде всего среди русской эмиграции и в англоязычном мире (где до сих пор жива тенденция политического прагматизма в восприятии его прозы, а как поэта его на Западе почти не знают).

В заключение уточним, что материалы научной конференции «В.Т. Шаламов и русская литература», прошедшей в сентябре 2022 г. в ИРЛИ РАН, в сборник не включены — они готовятся к печати отдельным изданием./10/

Шаламовский сборник. Выпуск 6 / сост. и ред. В.В. Есипов. М.: Летний сад, 2023. С.5-10

The copyright to the contents of this site is held either by shalamov.ru or by the individual authors, and none of the material may be used elsewhere without written permission. The copyright to Shalamov’s work is held by Alexander Rigosik. For all enquiries, please contact ed@shlamov.ru.