Варлам Шаламов

Авторский каталог

Сергей Соловьёв

Соловьёв Сергей Михайлович (1979) — редактор сайта «Shalamov.ru, кандидат философских наук, главный специалист Российского государственного архива социально-политической истории, ведущий научный сотрудник факультета политологии МГУ, редактор журнала «Скепсис», руководитель проекта «Shalamov.ru» с момента создания (2008 г.) до ноября 2019 г. В 2000 — 2020 гг. — преподаватель, затем доцент Московского государственного психолого-педагогического университета.

  • Валерий Есипов, Сергей Соловьёв Находки в семейной библиотеке (26 августа 2021)

  • «Как можно полагать, в 1953 г. в Оймяконе Шаламов перечитывал “Дерсу Узала” и воспринимал книгу уже с высоты своего колымского опыта. Рассуждение о комарах ему понравилось. А к лиственницам, якобы посаженным китайцем собственными руками и выросшим до высоты, он отнесся скептически, указав, сколько на самом деле растет даурская лиственница».


  • Сергей Соловьёв Тонкая струя манипуляции (29 января 2021)

  • «Варлам Шаламов в одном из своих литературных манифестов написал: “Фраза должна быть короткой, как пощечина”. Краткость, емкость, максимальная концентрация смысла в тексте — один из главных принципов “Колымских рассказов”, которые автор называл в том числе «пощечиной сталинизму». А на экране мы видим крайне затянутое расползающееся зрелище, именно на эстетическом уровне прямо противоположное поэтике прозы “Колымских рассказов” и стихов Шаламова. Важно ли это несовпадение? По-моему, крайне важно. Что поймет из этого фильма человек, не читавший прозы и стихов Шаламова об их авторе? Скорее всего, ничего не поймет и вряд ли захочет понимать».


  • Сергей Соловьёв Редакция «Нового мира» поздравляет Варлама Шаламова (28 декабря 2020)

  • «В журнале “Новый мир” Варлам Шаламов проработал внештатным рецензентом “самотека” (или, как тогда говорили — “рукописей самодеятельных авторов”) с 1959 по 1964 год. Целый ряд таких рукописей из архива В.Т. Шаламова в РГАЛИ был опубликован в 7 томе собрания сочинений писателя, подборку из архива “Нового мира” также недавно опубликовала К. Филимонова. После получения справки об инвалидности, Шаламов прекратил работу в журнале, которую воспринимал как вынужденную и тяготился ею. Но его работа в “Новом мире” была связана не только с необходимостью заработка. Шаламов пытался опубликовать в ведущем советском литературном журнале свои произведения, прежде всего — “Колымские рассказы”, однако это сделать не удалось».


  • Сергей Соловьёв Внутренние рецензии как инструмент цензуры. Случай Варлама Шаламова (2017)

  • «Для многих писателей и критиков написание внутренней рецензии являлось поводом продемонстрировать идеологическую и политическую лояльность. И именно в этом заключался механизм функционирования внутренних рецензий как инструмента цензуры. Многие рецензенты иногда даже превосходили официальную цензуру в бдительности или подменяли ее работу. Внутренние рецензии таким образом являлись самым нижним этажом работы цензуры, основываясь не столько на каких-то формальных цензурных установлениях, сколько на понимании самими рецензентами границ дозволенного».


  • Сергей Соловьёв «Надеть намордник на эпоху…» Варлам Шаламов как биограф (2017)

  • «Обращает на себя особая интонация “Раскольникова” и “Золотой медали”, которую можно назвать агиографической. Но эта интонация встречается у Шаламова не только в “Золотой медали” и “Раскольникове”, но и в некоторых рассказах колымских циклов: “Последний бой майора Пугачева”, “Житие инженера Кипреева”, в последнем случае автор сообщает читателю о жанре текста в самом названии, что для Шаламова — редкий случай. <...> Этот ряд, в котором находятся “Раскольников” и “Золотая медаль”, обозначает роль этих и других “агиографических” рассказов в творчестве Шаламова. Именно в них писатель сообщает нам свою “положительную программу”, нравственный образец в наиболее сконцентрированном виде. Принципы этики Шаламова разбросаны по многим его текстам, но именно в этих “житиях” героев, “живых Будд” они предстают перед читателем отчетливо и цельно».


  • Сергей Соловьёв Первые рецензии на «Kолымские рассказы» и «Очерки преступного мира» (2017)

  • «История литературы, как и любая другая история, пишется прежде всего по документам. Но если о закрытых или полузакрытых архивах ФСБ и других ведомств говорят часто, то нехватку документов для истории литературы обсуждают куда реже. Между тем неопубликованные, таящиеся в государственных и личных архивах тексты способны самым серьезным образом повлиять на устоявшиеся представления о литературном процессе минувшего века, а иногда и пошатнуть их. Именно такой случай являют публикуемые впервые внутренние рецензии Олега Волкова на “Kолымские рассказы” Варлама Шаламова — они обнаружены в фондах издательства “Советский писатель”».


  • Сергей Соловьёв Рассказы, прокричанные сквозь слёзы (18 июня 2016)

  • «Шаламов своими рассказами пишет картину, с одной стороны, тотального расчеловечивания в лагерях, но с другой — показывает и путь, рваный, непрямой, но все-таки путь преодоления растления. Для него самого не последнюю роль на этом пути сыграли стихи. Работая фельдшером, Шаламов дарил своим близким знакомым — Елене Мамучашвили, Нине Савоевой — записанные стихи русских поэтов, которые на воле были либо запрещены, либо полузабыты. После возвращения он пытался воссоздать традиции — как литературные, так и мировоззренческие, — прерванные сталинизмом. Шаламов почти всю жизнь был просветителем в истинном значении этого слова. Потому, что слово невозможно без читателя. Страшно горько, что своего читателя Варлам Шаламов обрел так поздно. Радостно, что это все-таки происходит».


  • Ирина Галкова, Сергей Медведев, Сергей Соловьёв «Колымский пророк. Варлам Шаламов как свидетель ада». Беседа в программе «Археология» на «Радио Свобода» (18 мая 2016)

  • «Шаламовская литературная задача, с моей точки зрения, его подвиг в мировой литературе заключается в том, что он действительно стирает грань между документом и художественным вымыслом, делая это не путем изложения того, что было на самом деле, а путем погружения человека в состояние, в котором тот способен воспринять опыт, иначе никак не передающийся. Как можно передать опыт умирающего от голода или доходящего от холода человека другому человеку, который никогда в подобной ситуации не был? Показать ему что-нибудь страшное — человек от этого отвернется или, наоборот, ужаснется, и не более того. Нужно в это погрузить, а для этого нужно выработать какую-то новую форму коммуникации с читателем. И эту форму Шаламов вырабатывает».


  • Сергей Соловьёв «Теория искусства и жизни была у него законченная…» (2016)

  • «В минувшем столетии европейский мир, державшийся — как еще недавно казалось — на гуманистических ценностях, породил Освенцим и Колыму. В результате философы второй половины ХХ века столкнулись с парадоксом: культура и варварство, оказывается, вовсе не полюса человеческой цивилизации — напротив, эти вещи вполне совместимы. Большинство мыслителей так и остановились перед этим парадоксом, лишь описав его с разной степенью выразительности. Некоторые склонились перед ним в отчаянии — как Теодор Адорно, зафиксировавший: “Освенцим доказал, что культура потерпела крах”. Другие оказались способны лишь на циническую усмешку — как большинство постструктуралистов. Найти выход из тупика предстояло художественной литературе. И Варлам Шаламов, по мнению многих, — одна из главных фигур этого процесса. Ему удалось создать “новую прозу”, порвавшую с предшествующей литературной традицией, и рассказать о том, чего раньше даже представить было невозможно, при помощи языка, которого до Шаламова не существовало».


  • Сергей Соловьёв «Любой расстрел 37-го года может быть повторен» (18 июня 2015)

  • «Лагерей на Колыме давно нет (кроме одного, небольшого, для “внутреннего пользования”), но, несмотря на все усилия местных властей, от недоброй памяти край до сих пор не избавился. В послесталинские времена на Колыме о лагерях рассказывали только бывшие заключенные и их дети — на кухнях и у костров — а самиздат и тамиздат оставались привилегией интеллигенции. Перестройка открыла архивы, начались публикации, экспедиции, была издана проза самого известного узника Севвостлага — Варлама Шаламова, и “лагерный” статус Колымы был прочно зафиксирован».


  • Сергей Соловьёв Олег Волков – первый рецензент «Колымских рассказов» (февраль 2015)

  • «Неминуемый, как сейчас очевидно, отказ из официального издательства Союза писателей СССР, возглавлявшегося небезызвестным Н.В. Лесючевским (хотя и он был лишь винтиком громадной идеологической машины), Шаламов получил далеко не сразу — только 30 июля 1964 года, когда “оттепель” уже шла на спад. Подробности долгое время оставались неизвестны: сравнительно недавно была опубликована одна — отрицательная — внутренняя рецензия на “КР”. В результате поисков в архиве “Советского писателя”, хранящемся в РГАЛИ, было установлено: рецензий было три, причем в двух авторы рекомендовали “Колымские рассказы” опубликовать! Первым рецензентом был Олег Волков, писатель и публицист, в сталинские времена пять раз арестованный и проведший в тюрьмах, лагерях и ссылках более 25 лет».


  • Сергей Соловьёв Варлам Шаламов об Осипе Мандельштаме: «Не допустить, чтобы было скрыто имя…» (2015)

  • «Поэт для Шаламова – обязательно еще и нравственный ориентир. Он согласен с тем, что “поэт должен быть больше, чем поэт”. <...> Мученическая гибель Мандельштама подчеркивает вывод Шаламова, согласно которому “стихи – это судьба, не ремесло”. Стихи, культура именно поэтому и могут быть орудием общественной борьбы – благодаря их нравственному содержанию».


  • Валерий Есипов, Сергей Соловьёв Письмо «ученому» соседу (24 декабря 2014)

  • «Сайт Shalamov.ru готов к сотрудничеству со всеми исследователями и поклонниками творчества Варлама Шаламова. У нас часто не хватает рук для того, чтобы одновременно вести и исследовательскую работу, и редакторскую, и информационную. Мы рады сотрудничеству с людьми самых разных убеждений, которых объединяет любовь к творчеству Шаламова и стремление к объективности в теме, в которой недопустима желтопрессная скандальность. А читатели сами разберутся, что им предпочесть в литературе и источниках для изучения биографии и творчества Варлама Шаламова».


  • Валерий Есипов, Сергей Соловьёв От составителей седьмого тома собрания сочинений В. Т. Шаламова (2013)

  • «Произведения В. Т. Шаламова, включенные в 7-й том собрания сочинений писателя, представляют два рода текстов. Во-первых, это рассказы, очерки, стихи, эссе и письма, опубликованные в конце 1980 — начале 1990-х гг. в журналах, сборниках и малодоступных периодических изданиях, но не вошедшие в силу разных причин в шеститомник (прежде всего — из-за ограниченности его объема). Во-вторых, это новые материалы из архива писателя, подготовленные к печати после ухода из жизни публикатора и хранителя наследия Шаламова — Ирины Павловны Сиротинской».


  • Сергей Соловьёв «Повесть наших отцов» — об одном замысле Варлама Шаламова (2013)

  • «Шаламов считал, что книга о Климовой должна рассказать о величии трагедии революционного и послереволюционного поколений, задать нравственный образец, планку после господства сталинизма и несбывшихся надежд, пробужденных революцией. Как пишет Шаламов Столяровой: “Эта история не только позволяет изучить эпоху — надеть намордник на эпоху”»


  • Рудольф Веденеев, Марк Головизнин, Россен Джагалов, Валерий Есипов, Василий Жарков, Дмитрий Зубарев, Борис Кагарлицкий, Алексей Кунахов, Елена Михайлик, Михаил Рыклин, Сергей Соловьёв, Александр Тарасов, Иван Харламов, Любовь Юргенсон Дискуссия по докладу М. К. Рыклина (2013)

  • «В дискуссии по докладу Михаила Рыклина принимали участие: Рудольф Веденеев, Марк Головизнин, Россен Джагалов, Валерий Есипов, Дмитрий Зубарев, Борис Кагарлицкий, Алексей Кунахов, Елена Михайлик, Сергей Соловьёв, Александр Тарасов, Иван Харламов, Любовь Юргенсон».


  • Сергей Соловьёв От составителя (2013)

  • «Тема документальности прозы Шаламова — ее разных аспектов и проблем — стала центральной темой конференции, посвященной не только биографии и творчеству писателя, но и памяти его друга и публикатора наследия — Ирины Павловны Сиротинской, ушедшей из жизни 11 января 2011 года. Главными организаторами мероприятия выступили сайт Shalamov.ru, Московская высшая школа социальных и экономических наук, “Интерцентр” при участии Российского государственного архива литературы и искусства, Международного историко-просветительского, правозащитного и благотворительного общества “Мемориал” и Московского городского психолого-педагогического университета».


  • Сергей Соловьёв Создание виртуального архива Варлама Шаламова — проблемы и перспективы (19 августа 2012)

  • «Проект по созданию виртуального архива Варлама Тихоновича Шаламова начал осуществляться в 2011 году Российским государственным архивом литературы и искусства и коллективом сайта Shalamov.ru. [...] Оцифровка позволяет расшифровывать рукописи, восстанавливать стершиеся записи, сопоставлять черновые и беловые рукописи с печатным текстом, выявлять этапы и приёмы работы автора над своими произведениями – и это не полный список возможностей».


  • Сергей Соловьёв Неизбежность одиночества. Варлам Шаламов и идеологическая традиция (2012)

  • «Известную сложность для реконструкции взглядов Шаламова создает противоречие, которое становится очевидным каждому, кто хорошо знаком с его творчеством. С одной стороны, известны резкие слова Шаламова о народе и крестьянстве. В своей ранней — пока ещё благожелательной — критике «Одного дня Ивана Денисовича» Солженицына Шаламов, помимо прочего, отмечает: «Из крестьян стукачей было особенно много. Дворник из крестьян обязательно сексот и иным быть не может».<...> С другой стороны, известны совершенно иные слова писателя о революции, шаламовская симпатия к эсерам, преклонение перед народовольцами, наконец, участие в троцкистской оппозиции конца 20-х годов».


  • Сергей Соловьёв Последствия Освенцима: свобода как сопротивление. Примо Леви  и Варлам Шаламов о свободе в условиях расчеловечивания (2011)

  • «Варлам Шаламов и Примо Леви в литературе, пожалуй, убедительнее, чем философы франкфуртской школы доказали: классическое либеральное понимание свободы как автономии индивида в XX веке перестало выдерживать какую-либо критику. Опыт Освенцима, Гулага, геноцидов второй половины XX века показал, что в разговоре о добре и зле должны действовать другие категории, должно быть обозначено иное пространство выбора. Свобода возможна в пределе только как сопротивление».