Варлам Шаламов

Новости


Никита Петров, «Два начальника: штрихи к портретам героев рассказов Варлама Шаламова — Эдуарда Берзина и Ивана Никишова» (26 апреля 2019)

«Они не вымышленные герои, как это обычно бывает в литературе. Оба в разное время были начальниками Дальстроя, и им обоим Шаламов посвятил отдельные рассказы. Хотя их судьба сложилась по-разному. Берзин в конце 1937-го был арестован и на следующий год расстрелян. А вот Никишов, пришедший к руководству Дальстроем в 1939-м, сохранял начальственные позиции вплоть до конца 1948-го».

Дмитрий Зубарев, Алексей Макаров, «Варлам Шаламов в “Хронике текущих событий”» (12 апреля 2019)

«Впервые имя Шаламова было упомянуто в 5-м выпуске “Хроники” (31.12.1968) в статье “Обзор Самиздата 1968 года” <...> В предисловии к обзору Шаламов упоминается в ряду авторов крупных произведений самиздата “прошлых лет”. В том, что “Хроника” отнесла “сборники рассказов ШАЛАМОВА” к прошлым годам, мы видим неточность: писатель продолжал работу над “Колымскими рассказами” до 1973 года, однако ходить в самиздате рассказы Шаламова начали в середине 1960-х годов».

Павел Нерлер о единственном «легальном» чтении Шаламовым своего рассказа — «Мандельштамовский вечер на мехмате (1965): реконструкция» (4 апреля 2019)

«Реакция на произошедшее была симптоматична. Лица части сидящих в первом ряду были бледными — то ли от страха за мехмат и себя, то ли от неприятия услышанного, того, что перечеркивало их мир с собственной совестью и советской властью заодно с правопорядком. Но вот, что Илья Григорьевич будет в шоке, предвидеть было сложнее. Тут же, в лифте он с упреком сказал мне: “Что ж вы меня не предупредили о том, что будет читать Шаламов!”. Видно, только что сказанное выходило за пределы допустимого — даже при его опыте, умудренном всеми тонкостями подсоветского выживания. А, может, именно благодаря этому опыту…»

Борис Беленкин, «Материалы следственных дел троцкистов как источник информации о бытовании политических документов “левой оппозиции”. Случай с “завещанием Ленина”» (30 марта 2019)

«...Как и всех остальных фигурантов дела № 4060, его приговорили к пяти годам лагерей. Дальнейшая судьба не выявлена. Известно лишь, что по делу № 4060 Лубянов был реабилитирован в 1960 г. Есть ли еще какая-нибудь, более прямая связь, кроме темы «Завещания Ленина» в показаниях Лубянова, между В. Шаламовым и фигурантами дела № 4060? Один из них — Гдалий Мильман — руководитель молодежной студенческой организации на историческом факультете 1-го МГУ».

Йорг Зильберманн, «Литература свидетельства как письмо свидетеля» (24 марта 2019)

«На мой взгляд, Варлам Шаламов попытался посредством терминологических сдвигов переписать утопически воображаемый проект «литературы факта» (с ее установкой на неискаженные факты, на отказ от условностей беллетристики, на малые формы прозы и т. п.) в подлинно свидетельскую поэтику. Концепция «новой прозы» для Шаламова является не только попыткой осмыслить идеал будущего искусства, но и выступает для него ориентиром самоописания и самоназначения в качестве автора-свидетеля».

Завершение публикации стихотворений Варлама Шаламова 1956-1957 гг. из пятого выпуска «Шаламовского сборника» (18 марта 2019)

«В архиве сохранилось несколько десятков стихотворений, не включенных автором по тем или иным причинам в “Колымские тетради” — часть из них представлена в подборке. Не мог напечатать Шаламов и ряд интимно-лирических стихотворений, связанных со своей первой семьей (по этическим причинам, поскольку члены семьи были живы), и ряд откликов на злобу дня (по причинам политическим)».
Возвращение Гоголя
«Не летописец, не историк...»
«Они собираются на берегу...»
Командировка «Серпантинная»
«Наша дорога прямая...»
Страница биографии
Памяти скульптора Герасимова
Московские облака
Отравители колодцев
«Правлю в Вишеры верховья...»
«Здесь — в моей пробирке — влага...»
«Переменится ветер...»

Радка Бзонкова, «В отсутствие публики, в присутствии читателя. Отношение автора к читателю в поэзии Варлама Шаламова и Анны Барковой» (14 марта 2019)

«Шаламов и Баркова, впоследствии оба — узники лагерей, в отличие от многих других лагерных авторов писали и публиковались еще до заключения, у них уже выработалась привычка к литературной среде и публике. Баркова читала свои стихи в Кремле для Луначарского, Шаламов был участником литературного кружка при журнале “Новый ЛЕФ”. Однако их авторская оригинальность и целостность сформировалась на основе лагерного опыта. Лагерю суждено было стать экзистенциальной темой, основой и началом текстов Барковой и Шаламова. И его, и ее три раза судили: Шаламов провел в тюрьмах и лагерях почти 20 лет, Баркова более 20 лет. Как ни странно, оба выжили и вернулись в Москву. Последнюю часть жизни писателям было предначертано провести в авторском одиночестве. Если Шаламову удавалось общаться с некоторыми писателями, то Барковой было суждено одиночество в коммунальной квартире, без публикаций и аудитории».

Чеслав Горбачевский, «Патриотизм по-колымски: к технологии трансформации понятия» (11 марта 2019)

«Колымские заключённые 30-50-х гг. XX в. в мемуарных текстах не обходят вниманием понятие “патриотизм”, которое сформировалось в условиях тяжелейшей колымской каторги. Понятие «патриотизм» в это время на Колыме зачастую наполнялось весьма своеобразным содержанием и демонстрировало нечто противоположное общепринятому пониманию любви к отечеству как жертве собой, а не ближними. На специфику колымского “запроволочного” патриотизма обращали внимание так называемые “враги народа”, вспоминавшие сталинскую каторгу: О. Л. Адамова-Слиозберг, Г. Г. Демидов, Ю. О. Домбровский, Вернон Кресс, В. А. Ладейщиков, В. Т. Шаламов и др.»

Любовь Юргенсон, «“Колымские рассказы” в свете современных дискуссий об эстетических аспектах свидетельских документов» (5 марта 2019)

«Изучение шаламовских текстов в свете современных исследований и дискуссий может оказаться важным фактором, влияющим на сближение между историей и литературоведением — сближение, в котором заинтересованы обе дисциплины. При этом одной из главных задач на сегодняшний день мне представляется пересмотр классической схемы, сложившейся у западного исследователя, о выстраивании исторической памяти, о взаимоотношениях между свидетелем и историком. В случае ГУЛАГа встречи между этими двумя инстанциями, собственно, не состоялось, как не состоялось ее и между юристами и свидетелями. Поэтому тексты свидетелей вобрали в себя и юридическую функцию, их роль — не только рассказать, что было, но и доказать, что это было. В отсутствие судей свидетели ГУЛАГа сами берут на себя ответственность за выявление исторической правды, присягают — на своем собственном тексте».

Леона Токер, «Литература и документ: опыт взаимопрочтения» (2 марта 2019)

«Несостоятельность изучения истории ГУЛАГа только на основе “объективных” документов, без привлечения «субъективной» перспективы жертв, связана и с традицией отчетности в советской системе: с некоторыми исключениями (например, в докладах инспекций), данные подгонялись к директивам сверху и к различным нуждам, практическим и политическим, снизу». Лагерная литература много говорит нам о том, какими способами изготовлялась документация. Но и осмыслению лагерной литературы может значительно содействовать — иногда неожиданным образом — архивный документ».

Пьеро Синатти, «Судьба Варлама Шаламова в Италии» (27 февраля 2019)

«В ноябре 2010 года, во время популярной телевизионной передачи, молодой прозаик Роберто Савиано — медийный кумир, автор романа “Гоморра”, посвященного теме неаполитанской мафии и давно ставшего бестселлером в Италии и многих других странах, по всему миру, — неожиданно заговорил о Варламе Шаламове, великом русском писателе, до того момента известном в Италии лишь узкому кругу специалистов и знатоков русской словесности и истории.<...> Савиано, в частности, остановился на шаламовском рассказе “Протезы”, процитировав то место, где заведующий изолятором в шутку спрашивает одного заключенного (alter ego автора), не имеющего протеза, который он должен был бы сдать на срок отбытия наказания: “Ты что сдашь? Душу сдашь?”. Заключенный отвечает: “Нет. Душу я не сдам”. Имея в виду, что любой ценой сохранит свою человеческую сущность перед лицом лагерного начальства».

Стихотворения Варлама Шаламова 1956-1957 гг. из подборки, опубликованной в пятом выпуске «Шаламовского сборника» (25 февраля 2019)

«В архиве сохранилось несколько десятков стихотворений, не включенных автором по тем или иным причинам в “Колымские тетради” — часть из них представлена в подборке. Не мог напечатать Шаламов и ряд интимно-лирических стихотворений, связанных со своей первой семьей (по этическим причинам, поскольку члены семьи были живы), и ряд откликов на злобу дня (по причинам политическим)».
«Когда б я верил в эти дали...»
Песчаный путь
«Как где-то читанная книга...»
Тост
«Я все приму — позор, безвестность...»
«Давно запуганный Шекспиром...»
«Что б ни цедил я там сквозь зубы...»
«За то, что я тебя не стою...»
Глухота
Сокольники

Михаил Михеев, «Загадка “сквозных” персонажей и перетекание сюжетов в текстах Варлама Шаламова» (23 февраля 2019)

«Все это (повторы и сюжетные несогласованности) распространяется не только на отдельных персонажей в рассказах внутри циклов. Не только на повествователей в них. И даже не только на рассказы внутри цикла. Но и вообще — на все тексты колымских циклов, потенциально на любой сюжет из них».

Моноспектакль по «Колымским рассказам» в Вологодском драматическом театре (22 февраля 2019)

На камерной сцене Вологдского драматического театра 19 февраля состоялась премьера спектакля «Шаламов. Колымские рассказы». Главную и единственную роль исполняет актер Евгений Галанцев, режиссер-постановщик — Сергей Закутин.

Елена Михайлик, «Автор Шрёдингера: “Сагу надобно рассказывать так, как она случилась”» (18 февраля 2019)

«За последние несколько лет свет увидело множество работ, пытающихся разобраться в том, почему и за счет чего “Колымские рассказы” все еще остаются в глазах читателей в первую очередь литературой свидетельства. Остаются, несмотря на все, сказанное выше — и множество иных не менее верных примет. Нам кажется, что подобное буквалистское восприятие, в числе прочего, позволяло обществу не отождествлять себя со случившимся, отделять его от себя датами и географическими названиями. Но никто еще не задавался вопросом — а зачем самому Шаламову с его установкой на документность и достоверность потребовалось столь демонстративно подчеркивать и выявлять литературную природу “КР”?»

Лора Клайн, «Варлам Шаламов: последний пророк» (15 февраля 2019)

«Шаламовские поиски смысла в контексте собственной искалеченной жизни и трагедии двадцатого века привели его к полному отрицанию божественного мира и понятия человека, созданного по образу божьему. Но даже описывая одну из самых темных страниц истории человечества, Шаламов не отрицал того, что человек сам отвечает за свое поведение, и никогда не колебался в своем убеждении, что моральный долг человека — жить «по десяти заповедям». Чрезвычайная важность темы нравственного поведения человека нитью проходит через оба его мифа, связывая героя-революционера, который действует в соответствии с нравственными принципами, с поэтом-пророком, который видит, судит и записывает. Последний миф выдвинул на первый план роль нравственного человека после краха религии и цивилизации, и, таким образом, придал особое значение трагической судьбе Шаламова».

Чеслав Горбачевский, «Творческий метод В.Т. Шаламова глазами узников-колымчан» (13 февраля 2019)

«В связи со множеством “личных правд” диапазон рецепции художественного метода В. Шаламова бывшими колымчанами-заключенными оказался предельно широким, лежащим в ожидаемой плоскости «полное неприятие — частичное приятие — полное приятие». При этом никто из колымчан не подвергает сомнению новаторский художественный метод В. Шаламова, незаурядный писательский талант, благодаря которому личная память стала своеобразной основой исторической памяти, позволившей воссоздать правду жизни с ее уникальной силой воздействия на читателя».

Издание «Колымских рассказов» с предисловием Любы Юргенсон (11 февраля 2019)

«...Чтобы читать “Колымские рассказы”, как “Илиаду”, не нужно ждать две тысячи лет. Вслед за моральным потрясением приходит и понимание всей уникальности Шаламова-художника. Его «новая проза» — диковинный сплав русского постсеребряного века и золотых приисков Колымы. Как известно, великое видится на расстоянии. В случае Шаламова это расстояние оказалось минимальным».
Аннотация и содержание книги

Джозефина Лундблад-Янич, «Роман воспитания наоборот: “Вишера. Антироман” В. Т. Шаламова как переосмысление жанровых традиций» (8 февраля 2019)

«Между классическим романом воспитания и “Вишерой” Шаламова, несмотря на очевидные различия, существует несколько параллелей, по отношению как к содержанию и теме, так и к желаемому воздействию на читателя. Роман воспитания Вильгельм Дильтей в 1906 г. определил как повествование о молодом человеке, “...который вступает в жизнь в блаженном состоянии неведения, ищет родственные души, испытывает дружбу и любовь, борется с жесткими реалиями мира, и, таким образом, вооруженный разнообразным опытом, взрослеет, находит себя и свою миссию в мире”. Подобное определение можно применить к повествованию в антиромане Шаламова».

Сергей Соловьёв, «Внутренние рецензии как инструмент цензуры. Случай Варлама Шаламова» (4 февраля 2019)

«Для многих писателей и критиков написание внутренней рецензии являлось поводом продемонстрировать идеологическую и политическую лояльность. И именно в этом заключался механизм функционирования внутренних рецензий как инструмента цензуры. Многие рецензенты иногда даже превосходили официальную цензуру в бдительности или подменяли ее работу. Внутренние рецензии таким образом являлись самым нижним этажом работы цензуры, основываясь не столько на каких-то формальных цензурных установлениях, сколько на понимании самими рецензентами границ дозволенного».

Чеслав Горбачевский, «Об одном образе-символе в “Колымских рассказах” В. Т. Шаламова» (31 января 2019)

«...Возникает настоятельная необходимость в выявлении и интерпретации тех образов-символов, которыми пронизаны все тексты «Колымских рассказов», имеющие самое непосредственное отношение как к ключевой проблеме всего творчества Шаламова — проблеме памяти, так и к различным ее аспектам, связанным со сферами лагерного существования арестантов на каторжной Колыме».

Франциска Тун-Хоэнштайн, «Работа Варлама Шаламова над поэтикой оперативности» (28 января 2019)

«Эстетической целью Шаламова является при этом непосредственное сталкивание читателя с ситуацией человека в условиях лагеря. Опираясь на такие ключевые понятия Шаламовской поэтики как “авторитет подлинности” или “документ души”, я буду говорить не столько о проблеме достоверности рассказанного в смысле исторической или фактографической правдивости и не столько о литературном тексте как документе (хотя проблема литературного свидетельства будет затронута, правда, в немного ином ракурсе). Если подойти к анализу «Колымских рассказов» со стороны заложенной в них задачи воздействия на читателя, то обращает на себя внимание, что Шаламов доверял прежде всего перформативной силе литературного слова, иными словами, эффекту речевого (воз)действия литературного слова».

Ольга Португалова, «Расчеловечивание и вочеловечивание. Лагерный опыт Варлама Шаламова и Виктора Франкла» (25 января 2019)

«ХХ век принес с собой в мировую историю такие специфические явления, как массовые репрессии и геноцид. Как следствие, появились и личности – носители этого исторического и психологического опыта, пережившие и засвидетельствовавшие заключение в лагерях. Процесс осмысления лагерного опыта и его отдаленного, опосредованного влияния на массовое сознание не просто не закончен, но (если говорить о России) во многих аспектах только начинается и, вероятно, всегда будет сохранять свою актуальность, будучи напрямую связан с проблемой исторической и социальной памяти, а также в силу своего экзистенциального смысла. Способность человека выжить в нечеловеческих условиях неизбежно ставит вопросы о границах человеческого существования, сохранения и распада личности».

В Вологде прошли традиционные Шаламовские дни (23 января 2019)

19 и 20 января в Вологде прошли традиционные мероприятия, посвященные памяти писателя. Интерес к его судьбе и наследию нарастает с каждым годом. Об этом говорят новые издания книг Шаламова и литературы о нём.

Анна Гаврилова, «Работа Шаламова в журнале «Москва» в 1956–1958 гг.» (21 января 2019)

«Период между реабилитацией Варлама Шаламова (сентябрь 1956) и до вхождения «Колымских рассказов» в самиздат пока еще изучен мало. Нет работ, посвященных раннему «послеколымскому» творчеству Варлама Шаламова, началом которого сам поэт считал 1956 год. Точно неизвестны все литературные связи писателя в эти годы. Обращение к истории его работы в литературно-художественном журнале «Москва» помогает установить особенности творчества писателя в 1956–1958 гг.»

«Спасения нет»: Беседа с филологом Еленой Михайлик о прозе Варлама Шаламова (19 января 2019)

«С точки зрения Шаламова, есть уровень давления, которому по определению невозможно противостоять. Вообще. И этот фактор — одна из тех вещей, которую он системно воспроизводит. Можно, если повезет, умереть раньше. Это все, что можно. Можно не пытаться выжить за счет других, пока сохранилась воля, которая позволяет от этого удерживаться. За определенной границей ты не будешь помнить, что ты там делал. Просто потому, что тебя там не было. Личности там не было, она распалась. Человек, который потихонечку восстанавливается от лишних капель тепла, лишних крошек еды и от более легкой работы в рассказе «Сентенция», он не помнит, что с ним было в темноте. Он не знает. Это, кстати, вполне зафиксированное медицинское обстоятельство. Та часть мозга, которая фиксирует качество и продолжительность сильной боли, с сознанием практически не соотносится. Люди этого не запоминают. Ощущают, чувствуют, а опыта не остается».

19 и 20 января в Вологде прйдут традиционные Шаламовские дни (10 января 2019)

Программа вечера – книжная: будут анонсированы как недавно вышедшие издания, так и готовящиеся к печати в 2019 г.

Выступление Елены Михайлик в «Мемориале» (9 января 2019)

26 декабря Елена Михайлик представила свою книгу «Незаконная комета. Варлам Шаламов: опыт медленного чтения», а также поделилась результатом исследования рассказа Шаламова «Калигула» — «О многомерных сюжетах у Варлама Шаламова». Смотрите видеозапись вечера.

В серии ЖЗЛ вышло переиздание книги Валерия Есипова «Шаламов» (8 января 2019)

«Главное в биографической книге — историческая точность. К этому и стремился автор, понимая, что трагизм жизненной и литературной судьбы выдающегося русского писателя Варлама Тихоновича Шаламова может быть по-настоящему осознан лишь в контексте времени. Весь путь Шала­мова был “сплетён”, как он писал, “с историей нашей”. Это и дореволюци­онная российская культура, и революция, и 1920-е годы, в которые писатель сложился как личность, и сталинская эпоха, повергшая его в преисподнюю Колымы, и все последующие годы, когда судьба тоже не была благосклонна к нему. Как же удалось Шаламову выдержать тяжелые испытания и выра­зить себя со столь мощной и величественной художественной силой, по­трясшей миллионы людей во всем мире? Книга может дать лишь часть от­ветов на эти вопросы — обо всем остальном должен подумать читатель, опираясь на многие новые или малоизвестные факты биографии писателя».