Варлам Шаламов

Тематический каталог

Биография Шаламова

  • События
    • XIV международная научная конференция Института философии РАН с регионами России «Проблемы российского самосознания: судьба и мировоззрение В. Шаламова (к 110-летию со дня рождения)» (15 июня 2017 — 18 июня 2017)

      ХIV научная конференция Института философии РАН с регионами России «Проблемы российского самосознания: судьба и мировоззрение В. Шаламова (к 110-летию со дня рождения)» проходит в формате двух пленарных заседаний – в Москве и в Вологде, а также работы круглого стола.

    • Новые издания Шаламова (26 мая 2017)

      В год 110-летия В.Т.Шаламова заметно активизировалась работа по изданию новых книг писателя и литературы о нем.

    • «Жить дальше, как ветка лиственницы...» (1 марта 2017 — 1 мая 2017)

      В Петербурге, в Государственном музее политической истории России, завершила работу передвижная выставка «Варлам Шаламов. Жить или писать».

    • Шаламовские дни памяти в Вологде и Москве (15 января 2017 — 4 февраля 2017)

      К 35-й годовщине со дня смерти В.Т.Шаламова — он ушел из жизни 17 января 1982 г. — приурочен ряд памятных мероприятий, которые пройдут в Вологде и Москве. Традиционный литературный вечер состоится в Шаламовском доме в Вологде в воскресенье 15 января (начало в 15 часов).

    • Издан литературный путеводитель «“Когда мы вернемся в город...” Варлам Шаламов в Москве». (27 июня 2016)

      Издан иллюстрированный литературный путеводитель, включающий 45 московских адресов, связанных с жизнью Варлама Тихоновича Шаламова. Всем, кому хотелось бы иметь такую книгу, мы дарим ее бесплатно. Приходите за ней в музей Международного Мемориала каждый день с 11.00 до 19.00 (Каретный ряд 5/10).

    • «Мемориал» при участии Shalamov.ru в «Ночь музеев» 21 мая: открытие уличной выставки «"Когда мы вернемся в город…" Варлам Шаламов в Москве» (21 мая 2016 — 22 мая 2016)

      Открытие уличной выставки «"Когда мы вернемся в город…" Варлам Шаламов в Москве», прогулка по шаламовской Москве, экскурсия Валерия Есипова по выставке «Жить или писать. Варлам Шаламов», и другие экскурсии.

    • Шаламовский симпозиум в Берлине (12 мая 2016)

      Какие импульсы привносят сочинения Шаламова в современные литературные и культурологические дебаты о биополитике и пограничном состоянии, лагере и Homo sacer, теле и памяти? Какие новые перспективы в размышлениях о литературной форме, биографическом и документальном письме, вымысле и реализме, мемуаристике и мировой литературе открывает прочтение его рассказов? – этим и другим вопросам будут посвящены доклады и выступления участников симпозиума, предлагающих целую серию компаративистских прочтений произведений Шаламова.

    • Литературно-просветительская программа «Москва Варлама Шаламова» (апрель 2015 — июнь 2016)

      Москва много значила для Шаламова — с нею связаны основные вехи его биографии, как жизненной, так и творческой. Шаламов знал и любил Москву как город литературы, и сам был его неотъемлемой частью. Колымские лагеря стали важнейшей составляющей его человеческого опыта, но осмысление и переплавление его в опыт литературный происходило именно здесь. Большая часть «Колымских рассказов» создана в Москве, здесь жили первые читатели и критики, оценившие талант писателя задолго до его официального признания и публикаций. Между тем в топографии литературной Москвы пока значится только одно место, связанное с писателем, — мемориальная доска на доме в Чистом переулке (установлена в 2013 г.), где он жил в 1930-е годы между двумя арестами. Литературно-просветительская программа «Шаламовская Москва» должна восполнить этот пробел, переосмыслив еще раз творчество писателя в пространстве его бытия — мест, где он жил, писал, встречался с друзьями и недругами.

    • Доклад Сергея Агишева «Сражение за будущее студента Шаламова» (23 октября 2013)

      Отдел социокультурных исследований, Центр «История исторического знания» Института всеобщей истории РАН </b>приглашают вас принять участие в очередном заседании научного междисциплинарного он-лайн семинара «Люди и тексты», который пройдет в 23 октября 2013 г. в 16.30, в ауд. 1312. С докладом о студенческом деле Шаламова в МГУ выступает Сергей Юрьевич Агишев.

    • Валерию Есипову присуждена премия журнала «Юность» имени В.Я. Лакшина (5 апреля 2013)

      Нашему коллеге, члену редколлегии сайта Shalamov.ru Валерию Есипову за <a href="/research/194/" _blank">исследование «Шаламов в “Юности”»</a>, опубликованное в шестом номере журнала за 2012 год, присуждена премия журнала «Юность» имени В.Я. Лакшина в номинации «Критика и литературоведение». Церемония вручения премий журнала «Юность» по итогам 2012 года состоится 5 апреля 2013 г.

    • Обсуждение книги В.В.Есипова «Шаламов» в серии ЖЗЛ в Государственном музее истории ГУЛАГа (19 сентября 2012)

      «Я старался, насколько возможно, соответствовать тому, что думал о себе Шаламов и что он думал о жизни, соответствовать его взглядам. А он был человек суровый в оценках разных явлений литературы и общественной жизни, бескомпромиссный. И книга получается в связи с этим во многом, может быть, неожиданной, полемичной. Потому что вокруг Шаламова сложилось тоже много мифов, в силу поверхностного прочтения. Прочли в начале 90-х его рассказы, в биографию особенно не вникая, и то впечатление, которое тогда сложилось, оно так до сих пор и остается».

    • Презентации книги Валерия Есипова «Шаламов» в Москве, Клину и Вологде (сентябрь 2012)

      Москва - 19 сентября, 19-00, «Государственный музей истории ГУЛАГа» (Петровка, 16). Клин - 20 сентября, 14-00, Центральная районная библиотека. Вологда - 29 сентября, Шаламовский дом, 15-00.

    • В серии ЖЗЛ вышла книга Валерия Есипова «Шаламов» (август 2012)

      «Главное в биографической книге — историческая точность. К этому и стремился автор, понимая, что трагизм жизненной и литературной судьбы выдающегося русского писателя Варлама Тихоновича Шаламова может быть по-настоящему осознан лишь в контексте времени. Весь путь Шала­мова был “сплетён”, как он писал, “с историей нашей”. Это и дореволюци­онная российская культура, и революция, и 1920-е годы, в которые писатель сложился как личность, и сталинская эпоха, повергшая его в преисподнюю Колымы, и все последующие годы, когда судьба тоже не была благосклонна к нему. Как же удалось Шаламову выдержать тяжелые испытания и выра­зить себя со столь мощной и величественной художественной силой, по­трясшей миллионы людей во всем мире? Книга может дать лишь часть от­ветов на эти вопросы — обо всем остальном должен подумать читатель, опираясь на многие новые или малоизвестные факты биографии писателя».

    • 30 апреля в селе Томтор Оймяконского улуса Республики Саха (Якутия) прошел литературный вечер, посвященный памяти В.Т. Шаламова (30 апреля 2012)

      «Вечер состоялся в местной школе, его организовала Мария Поликарповна Боярова, заслуженная учительница России, создатель литературного музея. Вечер прошел очень эмоционально, ведь с Томтором связана не только жизнь Шаламова – он работал здесь в 1951-1953 гг. фельдшером дорожного управления треста “Дальстрой”, но и его творчество».

    • Еще одна диссертация о Шаламове (2017 мая 15 — 2017 мая 15)

      Приятная новость пришла из Беркли (США): наша молодая коллега Джозефина Лундблад-Янич, обучавшаяся в аспирантуре Калифорнийского университета, защитила диссертацию и получила ученую степень доктора философии (Doctor of Philosophy, DPh), что соответствует российской ученой степени кандидата наук.

  • Документы
  • Сочинения В. Шаламова
  • Исследования

    • Валерий Есипов, Максимов, Мисима, Бжезинский и другие (2015)

    • «Не имея возможности из-за своей глухоты слушать радио, в том числе зарубежные «голоса», он восполнял этот пробел интенсивным чтением — и в Ленинской библиотеке, куда в 1960-е годы ходил постоянно, и дома. В его архиве немало вырезок из «Литературной газеты» (ее он выписывал), есть ссылки на журнал «Иностранная литература», а также на еженедельник «За рубежом» (этот дайджест иностранной прессы давал наиболее богатую информацию о мировых событиях). Важным источником для него служила и неофициальная информация, включая самиздат — здесь одним из посредников выступал тот же Храбровицкий».


    • Елена Михайлик, Время «Колымских рассказов». 1939 — год, которого нет (2015)

    • В статье предпринята попытка проанализировать характер обращения со временем в «Колымских рассказах» Варлама Шаламова, в частности, расследуется «казус 1939 года». 1939 год, время действия многих ключевых рассказов, крайне важный внутри КР событийно, непосредственно как дата практически отсутствует в тексте. Эта проблема, на наш взгляд, является частью более сложной проблемы КР. Шаламов изображает время вообще и историческое время в частности как биосоциальную категорию. Способность воспринимать время и соотноситься с ним в КР прямо зависит от социального положения персонажа и его физического состояния. Чтобы эта социальная несоотнесенность со временем и историей попадала в поле зрения читателя, в том же поле зрения с неизбежностью должны присутствовать сами время и история — как объекты отторжения. Одним из таких объектов, одновременно присутствующих и отсутствующих, и стал 1939 год — как мы полагаем, «эталонный» лагерный год по Шаламову.


    • Валерий Есипов, Два гения в одном эшелоне (июнь 2014)

    • «Один из героев этого сюжета был непревзойденным знатоком жандармских архивов царской эпохи. Он никак не предполагал, что наступят времена, когда его имя и его «дела» будут искать — и найдут! — в архивах НКВД. Другой герой был убежден, что «документы нашего прошлого уничтожены», и писал свои рассказы о колымских лагерях, исходя только из того, как он их сам видел и понял. Но его «дела» тоже найдутся. Судьбы этих великих людей — гениального литературоведа (реализовавшего себя лишь наполовину) и гениального писателя (реализовавшего себя сполна, но напечатанного и признанного лишь недавно) — не просто во многом схожи, а являются единым живым символом трагедии российского ХХ века. Ибо нет более мощного символа этой трагедии, чем Колыма, соединившая их. Но есть и другого рода параллели в их судьбах».


    • Валерий Есипов, Шаламов (август 2012)

    • «Главное в биографической книге — историческая точность. К этому и стремился автор, понимая, что трагизм жизненной и литературной судьбы выдающегося русского писателя Варлама Тихоновича Шаламова может быть по-настоящему осознан лишь в контексте времени. Весь путь Шала­мова был “сплетён”, как он писал, “с историей нашей”. Это и дореволюци­онная российская культура, и революция, и 1920-е годы, в которые писатель сложился как личность, и сталинская эпоха, повергшая его в преисподнюю Колымы, и все последующие годы, когда судьба тоже не была благосклонна к нему. Как же удалось Шаламову выдержать тяжелые испытания и выра­зить себя со столь мощной и величественной художественной силой, по­трясшей миллионы людей во всем мире? Книга может дать лишь часть от­ветов на эти вопросы — обо всем остальном должен подумать читатель, опираясь на многие новые или малоизвестные факты биографии писателя».


    • Валерий Есипов, Немногочисленные друзья: Вологда — Колыма — Москва (2007)

    • «В наших представлениях о Шаламове часто преобладает одна краска: суров, неприступен, далек от сантиментов… Массу подтверждений тому можно найти в воспоминаниях о писателе. Да он и сам не скрывал этих черт своего характера. В его эпистолярии есть одно поразительное письмо, написанное в 1956 году и адресованное О. С. Неклюдовой, будущей второй жене. Шаламов пишет о себе, о своем характере и его недостатках, с максимальной степенью откровенности, какая вообще была ему свойственна. Вот одна примечательная фраза: “Очень мало развито чувство дружбы”»


    • Валерий Есипов, Последнее письмо (2007)

    • «В словах академика в письме 1979 года, что у него тоже был “период, который он считает самым важным для себя”, нельзя не увидеть знака общности судеб. Конечно, Дмитрий Сергеевич ясно осознавал, какая пропасть лежала между Соловками и Колымой. Но за его спиной было тоже еще одно тяжкое испытание — ленинградская блокада. Блокада, между прочим, унесла жизней гораздо больше, чем Колыма. Лихачев не проводил таких параллелей, но те, кто прочтут его воспоминания о блокаде и сравнят их с “Колымскими рассказами”, найдут немало общего».


    • Валерий Есипов, Варлам Шаламов и его современники (2007)

    • Издание первой в России монографии о Варламе Шаламове приурочено к столетию со дня рождения выдающегося писателя, чье творчество в контексте русской культуры остается до сих пор малоизученным. В книге исследуются взаимоотношения писателя с его историческим временем и крупнейшими литературными современниками Борисом Пастернаком, Александром Твардовским, Александром Солженицыным. Особый акцент делается на разных подходах Варлама Шаламова и Александра Солженицына к осмыслению и художественному отражению лагерной темы в литературе. Исследуемый материал рассматривается с широких историко-социологических и культурологических позиций. Особое внимание в книге уделяется проблеме «художник и власть».


    • Сергей Соловьёв, Создание виртуального архива Варлама Шаламова — проблемы и перспективы (19 августа 2012)

    • «Проект по созданию виртуального архива Варлама Тихоновича Шаламова начал осуществляться в 2011 году Российским государственным архивом литературы и искусства и коллективом сайта Shalamov.ru. [...] Оцифровка позволяет расшифровывать рукописи, восстанавливать стершиеся записи, сопоставлять черновые и беловые рукописи с печатным текстом, выявлять этапы и приёмы работы автора над своими произведениями – и это не полный список возможностей».


    • Сергей Соловьёв, Неизбежность одиночества. Варлам Шаламов и идеологическая традиция (2012)

    • «Известную сложность для реконструкции взглядов Шаламова создает противоречие, которое становится очевидным каждому, кто хорошо знаком с его творчеством. С одной стороны, известны резкие слова Шаламова о народе и крестьянстве. В своей ранней — пока ещё благожелательной — критике «Одного дня Ивана Денисовича» Солженицына Шаламов, помимо прочего, отмечает: «Из крестьян стукачей было особенно много. Дворник из крестьян обязательно сексот и иным быть не может».<...> С другой стороны, известны совершенно иные слова писателя о революции, шаламовская симпатия к эсерам, преклонение перед народовольцами, наконец, участие в троцкистской оппозиции конца 20-х годов».


    • Валерий Есипов, Об историзме «Колымских рассказов» (2012)

    • «Разумеется, современная «архивная революция», данные которой приняты ныне в научных кругах как России, так и Запада, ни в коей мере не изменяет выводов о деспотическо-репрессивном характере сталинского режима, как и о личной причастности Сталина к чудовищным преступлениям ХХ века. Новые данные лишь оттеняют тенденциозность методов советологии и ее доморощенных апологетов, опиравшихся в информационной войне против советского строя на магию больших цифр (ярко демонстрируя при этом огромную роль манипулирования «лагерной темой» в разрушении сознания как советского общества, так и мирового сообщества). Сегодня можно утверждать, что наиболее популярные историко-публицистические работы 1970–1980-х гг. не выдержали испытания временем. Это, однако, ни в коей мере не относится к “Колымским рассказам” Шаламова. Они сохраняют и будут сохранять свою историческую достоверность вне зависимости от каких-либо новых архивных данных и меняющихся идеологических парадигм — благодаря своему уникальному художественному методу, изначальной установке на слияние правды искусства и правды документа».


    • Марк Головизнин, К вопросу о происхождении первых зарубежных изданий «Колымских рассказов» В.Т. Шаламова (2011)

    • «Очевидно, что по мере того, как шаламовская проза с перестроечных времен стала все больше находить дорогу к отечественным читателям и исследователям, интерес к теме “Шаламов на Западе” также стал возрастать и в России, и за ее пределами. Дискуссии вокруг первых зарубежных публикаций “Колымских рассказов” ведутся в основном в двух аспектах: 1) проблематика восприятия зарубежным читателем шаламовской прозы и 2) обстоятельства, которые сделали публикацию этой прозы возможной. Второй аспект, которому и посвящена настоящая статья, интересен не столько сам по себе, но как часть социально-политической реальности конца 1960-х годов».


    • Валерий Есипов, Варлам и Лида. История любви (июнь 2014)

    • «До недавних пор было известно только одно стихотворение Варлама Шаламова, посвященное Лидии, которое было опубликовано в первом маленьком сборнике стихов Шаламова “Огниво” (1961). Недавно мне посчастливилось найти в архиве Шаламова в Москве старые, пожелтевшие рукописи его стихов, написанных на Колыме. И – о чудо! – там оказалось еще одно стихотворение, посвященное Лиде Перовой».


    • Сергей Агишев, Сражение за будущее студента Шаламова (2014)

    • «Если атмосфера и дух, царившие в Университете, к которым так стремился Шаламов, переданы в его прозе спустя много лет с теми же переживаниями, что и в молодости, то бытовая сторона дела, повседневность, в которую перерастала борьба и противостояние между студентами различного социального происхождения, столкновение их взглядов на жизнь, а также методы этой борьбы, лучше раскрывают документы его личного университетского дела. Несколько аспектов жизни писателя переплетаются в этих материалах».


    • Анна Гаврилова, «…Сыграл огромную роль в истории советской литературы» (2013)

    • «Вниманию читателей предлагается очерк «Первый номер „Красной нови“», сохранившийся в виде записи о нем в рабочей тетради, чернового автографа, машинописи с правкой автора, текста, опубликованного в журнале «Москва» и подвергнутого значительной правке. Машинопись отличается от чернового автографа незначительно. Публикуемый текст представляет собой беловую машинопись из фонда В.Т. Шаламова».


    • Сергей Соловьёв, «Повесть наших отцов» — об одном замысле Варлама Шаламова (2013)

    • «Шаламов считал, что книга о Климовой должна рассказать о величии трагедии революционного и послереволюционного поколений, задать нравственный образец, планку после господства сталинизма и несбывшихся надежд, пробужденных революцией. Как пишет Шаламов Столяровой: “Эта история не только позволяет изучить эпоху — надеть намордник на эпоху”»


    • Михаил Михеев, О «новой» прозе Варлама Шаламова

    • «Колымские рассказы» Шаламова (1954–1973) написаны как некий единый текст, со сквозными героями, переходящим из рассказа в рассказ повествователем, но при этом и со сложной сменой повествовательных позиций, как бы передачей их – от одной ипостаси автора другой. То, что для Шаламова выбор имени героя в рассказе всегда был важен, кáк именно он связан с употреблением собственно грамматического лица, свидетельствуют такие фрагментарные (несколько загадочные, как бы конспективные, написанные для себя самого? заметки.


    • Арсений Рогинский, От свидетельства к литературе

    • «Думаю, что в сегодняшней общественной дискуссии о преступлениях прошлого, которую упомянул Теодор Шанин в начале нашей конференции, шаламовская проза занимает очень важное место. Многие историки – неслучайно их голос так мал, слаб и хил в этой дискуссии – предоставили нам множество фактов и какие-то свои частные интерпретации того страшного, античеловеческого мира преступления. Но никто из них не смог воссоздать картину этого мира. Но ее — эту картину, вот этот образ, создал один человек – Варлам Тихонович Шаламов».


    • Дарья Кротова, Лирика В.Шаламова: восприятие жизни как целостности (2016)

    • «Вопрос, вынесенный в заглавие статьи, является одним из принципиально значимых и, быть может, наиболее дискуссионных для исследователей творчества В.Шаламова. Правомерно ли вообще говорить о восприятии жизни как целостности по отношению к этому писателю и поэту? Быть может, судьба Шаламова, искалеченная почти двадцатью годами лагерей, не оставляла возможности для подобного взгляда на жизнь?»


    • Дарья Кротова, Тема памяти в лирике В. Шаламова

    • В статье рассматривается малоизученная образно-содержательная сторона лирики Шаламова: роль, значение и художественная интерпретация темы памяти, важнейшей в его творчестве. Раскрывается связь сферы памяти с моральным долгом художника. Анализируются представления Шаламова о памяти как главном содержательном ресурсе его творчества; о принципиальном значении не пережитых событий как таковых, а оказанного ими этического воздействия. Выявляются различные аспекты интерпретации темы забвения.


    • Валерий Есипов, «Доказательства надо предъявлять самому» (30 мая 2017)

    • Странное дело: признав, наконец, В. Шаламова одним из величайших писателей ХХ века, наши современники очень мало потрудились над тем, чтобы по достоинству оценить его как мыслителя. Все это тянется издалека.


    • Валерий Есипов, Предисловие

    • «Главное в биографической книге — историческая точность. К этому и стремился автор, понимая, что трагизм жизненной и литературной судьбы выдающегося русского писателя Варлама Тихоновича Шаламова может быть по-настоящему осознан лишь в контексте времени. Весь путь Шала­мова был “сплетён”, как он писал, “с историей нашей”. Это и дореволюци­онная российская культура, и революция, и 1920-е годы, в которые писатель сложился как личность, и сталинская эпоха, повергшая его в преисподнюю Колымы, и все последующие годы, когда судьба тоже не была благосклонна к нему. Как же удалось Шаламову выдержать тяжелые испытания и выра­зить себя со столь мощной и величественной художественной силой, по­трясшей миллионы людей во всем мире? Книга может дать лишь часть от­ветов на эти вопросы — обо всем остальном должен подумать читатель, опираясь на многие новые или малоизвестные факты биографии писателя».

    • Валерий Есипов, Глава третья

    • «Главное в биографической книге — историческая точность. К этому и стремился автор, понимая, что трагизм жизненной и литературной судьбы выдающегося русского писателя Варлама Тихоновича Шаламова может быть по-настоящему осознан лишь в контексте времени. Весь путь Шала­мова был “сплетён”, как он писал, “с историей нашей”. Это и дореволюци­онная российская культура, и революция, и 1920-е годы, в которые писатель сложился как личность, и сталинская эпоха, повергшая его в преисподнюю Колымы, и все последующие годы, когда судьба тоже не была благосклонна к нему. Как же удалось Шаламову выдержать тяжелые испытания и выра­зить себя со столь мощной и величественной художественной силой, по­трясшей миллионы людей во всем мире? Книга может дать лишь часть от­ветов на эти вопросы — обо всем остальном должен подумать читатель, опираясь на многие новые или малоизвестные факты биографии писателя».

    • Валерий Есипов, Глава четвертая

    • «Главное в биографической книге — историческая точность. К этому и стремился автор, понимая, что трагизм жизненной и литературной судьбы выдающегося русского писателя Варлама Тихоновича Шаламова может быть по-настоящему осознан лишь в контексте времени. Весь путь Шала­мова был “сплетён”, как он писал, “с историей нашей”. Это и дореволюци­онная российская культура, и революция, и 1920-е годы, в которые писатель сложился как личность, и сталинская эпоха, повергшая его в преисподнюю Колымы, и все последующие годы, когда судьба тоже не была благосклонна к нему. Как же удалось Шаламову выдержать тяжелые испытания и выра­зить себя со столь мощной и величественной художественной силой, по­трясшей миллионы людей во всем мире? Книга может дать лишь часть от­ветов на эти вопросы — обо всем остальном должен подумать читатель, опираясь на многие новые или малоизвестные факты биографии писателя».
  • Воспоминания

    • Сергей Злобин, Еще один шаламовский адрес (2016)

    • Вернувшись с Колымы и поселившись в поселке Туркмен, Варлам Тихонович часто приезжал в Москву. Там жила семья, там были встречи с Пастернаком, там была та жизнь, по которой он истосковался за долгие колымские годы. Но ночевать более одной ночи ему не дозволялось. Зачастую он останавливался на ночлег у Софьи Сергеевны Поповой, урожденной Балавинской.


    • Людмила Поликовская, О встрече с Шаламовым (2013)

    • «Он тогда жил у О. Неклюдовой. Но, когда я пришла, он был дома один. Комната меня не поразила ни роскошью, ни нищетой. Обыкновенное жилье московской интеллигенции. Он принимал меня так, как обычно принимают ненадолго зашедших гостей».


    • Юрий Фрейдин, О Варламе Шаламове (2013)

    • «Я совершенно не знаю, как конкретно строились, развивались их отношения к кругу чтения, к современным писателям и так далее, и тому подобное. Возможно, какой-то двигатель их взаимных отношений лежит в этой сфере, но это чистые предположения. Для меня, во всяком случае: я ничем это не могу обосновать, кроме общих предположений. Во всяком случае, на моих глазах каким-то летним вечером, после обеда Варлам Тихонович встал и сказал: «Я больше к Вам не приду». Всё. Это был шестьдесят восьмой-девятый год».


    • Светлана Злобина, Переулок на Пречистенке (22 октября 2012)

    • «Наша квартира №7 располагалась на четвертом этаже. К этому времени, к середине 1950-х годов, она стала коммунальной. Две комнаты занимал Б.И. Гудзь с женой, одну – мы, и жил еще сосед-инвалид. Чтобы Варламу прийти незаметно от Бориса Игнатьевича, мы договорились, что он будет стучать тихонько в стену нашей комнаты, примыкающей к лестничной площадке. Потом он быстро проходил к нам, мы запирали дверь и включали радио, чтобы не слышались разговоры. Но однажды Гудзь все же заметил Шаламова. Что же он сделал? Сразу стал звонить в милицию: “Задержите такого-то нарушителя режима!” Варламу пришлось быстро уходить. После этого случая он старался  предварительно звонить по телефону. Когда Шаламова реабилитировали в 1956 году, Борис Игнатьевич этому страшно удивился и возмущался. Помню, он даже весь побелел от ярости и кричал: “Этого не может быть!”».


    • Валентина Демидова, «Будущему на проклятое прошлое...»

    • «Однажды папа приехал в Москву, когда я тоже была там, и он взял меня с собой к Шаламову. Я присутствовала при их разговоре, когда у них уже были горячие споры по поводу литературы. Это было в 1960-е, в самый разгар их полемики. Я сидела в уголке, а они часа два разговаривали, спорили. Я сама слышала, как Шаламов говорил: “Таких как ты и я, прошедших всё это, выживших, сумевших уцелеть и умеющих это описать, почти нет. Поэтому нечего размазывать по странице сопли, нужны факты. Не надо всего этого: любит-не любит, чувства — это всё вторично и никому не нужно. Как можно больше фактов, фактов, фактов, фактов. Сколько успеешь, об этих фактах только и писать. А остальное — никому не нужно”».


    • Евгений Евтушенко, «Каторжник-летописец»

    • «На всех нас в комнатке поэтического отдела он действовал как личность гипнотически. Он сам говорил, что именно стихи ему помогали выжить, потому что их можно было писать даже без бумаги и карандаша и носить с собой в голове».


    • Сергей Неклюдов, Третья Москва (1994)

    • «В профессиональную, цеховую среду советской литературы, чванливую, косную, равнодушную, перегороженную разнообразными кастовыми барьерами, Варлам Тихонович входил с трудом. В полной мере он так и не смог освоиться в ней».


    • Елена Захарова, Выступление на конференции «Судьба и творчество Варлама Шаламова в контексте мировой литературы и советской истории» 16 июня 2011 года

    • «Внутри этой чудовищной скрюченной, дергающейся, почти немой оболочки, находившейся в чудовищных условиях, был живой, страдающий, гениальный человек. Всеми забытый в доме скорби. И занимаясь научными изысканиями, наверное, нельзя об этом забывать, тем более что, ещё раз хочу подчеркнуть: всё это было совсем недавно».


    • Сергей Гродзенский, Об отце, шахматах и авторе «Колымских рассказов» (июнь 1990)

    • «Однажды, прогуливаясь «по Тверской», отец увидел мужчину с острым, пронзительным взглядом, идущего слегка покачиваясь. В лице странного пешехода было что-то “разбойничье”, заставлявшее некоторых прохожих боязливо озираться. Не без труда отец узнал в нем приятеля давно прошедших студенческих лет Варлама Шаламова. Он вернулся в Москву, пережив Колыму, символизирующую для любого ветерана-зэка предел человеческих страданий».


    • Евгений Пастернак, «Шаламов был верен Пастернаку…» (22 июня 2012)

    • «Чего захочет русская литература XXI века — не знаю. Оценка Шаламова, конечно, впереди. Он не прочитан пока, но будет ли он прочитан — это зависит от этой самой базарной торговки, русской литературы, с которой неизвестно что будет. Шаламов конечно, человек огромного литературного таланта, но главное, что он человек вот именно того героизма, который характеризует лучших людей своего времени, погибших от этого времени, раздавленных этим временем».


    • Владимир Леонович, Плач по Варламу Шаламову (2013)

    • «Лютая зима 1982 года. Какого зверя год? Боюсь, что опять символического. Той зимой в Доме престарелых кончался, как теперь говорят, великий писатель земли Русской Варлам Тихонович Шаламов. Тогда так не говорили. Говорили: ТЯЖЕЛЫЙ СТАРИК».


    • Сергей Гродзенский, Шахматы в жизни Шаламова (август 2012)

    • «Два великих писателя, А.И. Солженицын и В.Т. Шаламов, сыграли немалую роль в моей судьбе. Первый — мой школьный учитель, второй — близкий друг отца. <...> Кажется, всё должно сближать Шаламова и Солженицына — и лагерная судьба, и непримиримость к тотальному насилию. Действительно, их отношения поначалу складывались хорошо. <...> Но вскоре между ними возникли сложности, закончившиеся открытым конфликтом, что может быть предметом специального исследования литературоведов. Творчество В. Шаламова гораздо мрачнее всего написанного Солженицыным».


    • Густав Герлинг-Грудзинский, Клеймо. Последний колымский рассказ (январь 2017)

    • Великий писатель умирал. Умирал уже три дня, с тех пор как его, сопротивляющегося из последних сил, уверенного, что его опять погонят на Колыму, избитого и растерзанного, со связанными за спиной руками, перевезли из дома престарелых и инвалидов в психиатрическую лечебницу под Москвой.

  • Критика

    • Сергей Соловьёв, Рассказы, прокричанные сквозь слёзы (16 июня 2015)

    • «Шаламов своими рассказами пишет картину, с одной стороны, тотального расчеловечивания в лагерях, но с другой — показывает и путь, рваный, непрямой, но все-таки путь преодоления растления. Для него самого не последнюю роль на этом пути сыграли стихи. Работая фельдшером, Шаламов дарил своим близким знакомым — Елене Мамучашвили, Нине Савоевой — записанные стихи русских поэтов, которые на воле были либо запрещены, либо полузабыты. После возвращения он пытался воссоздать традиции — как литературные, так и мировоззренческие, — прерванные сталинизмом. Шаламов почти всю жизнь был просветителем в истинном значении этого слова. Потому, что слово невозможно без читателя. Страшно горько, что своего читателя Варлам Шаламов обрел так поздно. Радостно, что это все-таки происходит».


    • Андрей Рубанов, Варлам Шаламов как зеркало русского капитализма (2011)

    • «Семнадцать лет лагерей и десятилетия работы «в стол» не сломали, разумеется, Шаламова, но превратили его в стоика. В человека, нетерпимого к малейшим намекам на фальшь, неискренность, жажду мирских благ. Следует повторить: упреки недопустимы, применять к судьбе Варлама Шаламова обычные критерии — значит, ничего не понимать в истории России и ее литературы».


    • Джозефина Лундблад-Янич, Путешествие по уральским местам Варлама Шаламова (2011)

    • «На въезде в Красновишерск сегодня стоит большой плакат с фотографиями Шаламова, вишерского лагеря и цитатой из «Колымских рассказов». В будущем, возможно, откроется в городе Шаламовский музей — в небольшом уральском городе, который старается помнить. И Шаламов хотел помнить о своей молодости на Северном Урале. Его антироман, как мне кажется, является произведением о двух началах: о начале «общественной жизни» писателя, как он сам выразился, и начале страшной лагерной системы, в которой миллионы людей испытывали невероятные страдания и погибали».


    • Валерий Есипов, «Апофигей» добрался до Шаламова... (20 мая 2015)

    • «Видимо, по этому родственно-партийному признаку Ю. Поляков и доверился показаниям лжесвидетелей-доносчиков. Понятно, что писатель пробежал в свое время бегло следственное дело Шаламова. Но считать показания стукачей — правдой, а юридистику сталинской эпохи — вершиной правосудия, способны только люди с особыми наклонностями, свято верящие в мудрые усы Иосифа Виссарионовича».


    • Валерий Есипов, Процесс умолчания (ноябрь 2015)

    • Московское издательство «ЭКСМО» выпустило «Колымские рассказы» Варлама Шаламова в своей серии «Запрещённые книги». Предисловие к этому изданию в виде краткого очерка истории публикации «Колымских рассказов» написал Валерий Есипов. К сожалению, авторский текст предисловия подвергся значительной редакторской переработке, в результате чего были выхолощены важные историко-литературные подробности о причинах долгого замалчивания главного произведения Шаламова как в СССР, так и на Западе. По просьбе В.В. Есипова мы публикуем оригинал его предисловия.


    • Ирина Галкова, Сергей Медведев, Сергей Соловьёв, «Колымский пророк. Варлам Шаламов как свидетель ада». Беседа в программе «Археология» на «Радио Свобода» (18 мая 2016)

    • «Шаламовская литературная задача, с моей точки зрения, его подвиг в мировой литературе заключается в том, что он действительно стирает грань между документом и художественным вымыслом, делая это не путем изложения того, что было на самом деле, а путем погружения человека в состояние, в котором тот способен воспринять опыт, иначе никак не передающийся. Как можно передать опыт умирающего от голода или доходящего от холода человека другому человеку, который никогда в подобной ситуации не был? Показать ему что-нибудь страшное — человек от этого отвернется или, наоборот, ужаснется, и не более того. Нужно в это погрузить, а для этого нужно выработать какую-то новую форму коммуникации с читателем. И эту форму Шаламов вырабатывает».


    • Габриэле Лойпольд, «Мне как-то привычно в прозе Шаламова. Страшно, но привычно» / интервью с Габриэле Лойпольд

    • Габриэле Лойпольд, русист и переводчица собрания сочинений В.Т.Шаламова на немецкий язык, была участницей круглого стола "Восприятие Шаламова в Германии", проходившего в конце февраля с.г. в рамках программы открытия немецкой выставки "Жить или писать" в московском "Мемориале". Интервью Г.Леопольд журналистке Е.Калашниковой опубликовал сайт "Уроки истории". На нашем сайте уже есть несколько материалов нашей немецкой коллеги.


    • Рикардо Сан-Висенте, «Как перевести слово “доходяга”?» / интервью с Рикардо Сан-Висенте

    • Рикардо Сан-Висенте, переводчик нескольких томов Шаламова на испанский, рассказывает о своем формировании и работе над переложением сочинений писателя.

  • Видео
    • Выступление Е.В. Захаровой на Шаламовской конференции 16.06.2011 г.
      Выступление врача и переводчика Елены Викторовны Захаровой на международной конференции «Судьба и творчество Варлама Шаламова в контексте мировой литературы и советской истории» 16 июня 2011 г. в Московской высшей школе социальных и экономических наук.
    • Обсуждение книги В. Есипова «Шаламов» в музее истории ГУЛАГа
      Обсуждение состоялось 19 сентября 2012 г. В нём приняли участие: Н.С. Выгон, Дж. Глэд, С.Я. Гродзенский, А.Ю. Даниэль, В.В. Есипов, Е.В. Захарова, Т.И. Исаева, А.Л. Ригосик, Р.В. Романов, С.М. Соловьёв, В.А. Твардовская, А.М. Турков.
    • «Игра в бисер» с Игорем Волгиным на телеканале «Культура»/ Варлам Шаламов «Колымские рассказы»
      «Колымские рассказы» Варлама Шаламова — одно из самых правдивых, пронзительных и беспощадных произведений русской литературы. Свидетельства автора, который 17 лет провел в ГУЛАГе о прохождении всех кругов ада на земле настолько потрясают, что многие читатели оказываются на грани нервного срыва. Доходит даже до обвинений Шаламова в человеконенавистничестве. По оценке самого автора, «Колымские рассказы» — это "не документальная проза, а проза, пережитая как документ". О том, каким может быть сегодняшнее прочтение «Колымских рассказов», в очередном выпуске «Игры в бисер» рассуждают литературовед Евгений Сидоров, историк Сергей Соловьев, писатель Валерий Есипов и философ Валерий Подорога.
    • Сюжет о Шаламове из передачи «Человек в тюрьме» программы «Власть факта»
      Сюжет вышел в рамках программы «Власть факта» на телеканале «Культура» 26 ноября 2014 года. Редактор программы — Марианна Арманд.
    • Шаламов и Шаламовский дом в Вологде
      Краткое знакомство с историей жизни Варлама Шаламова, основанное на материалах мемориального музея писателя в Вологде. Если Вы еще мало знаете о Шаламове или уже любите этого писателя, но хотели бы дать о нем представление другим людям, — начните с этого фильма.
    • Поэт Владимир Леонович о Варламе Шаламове
      Беседа редактора Shalamov.ru Сергея Соловьёва с поэтом Владимиром Леоновичем (1933-2014) о Шаламове и «Колымских рассказах». Владимир Леонович принимал участие в похоронах Шаламова в январе 1982 года.
    • Лекция Валерия Есипова в Литературном институте
      В рамках программы  круглого стола «Правда, явившаяся в искусство», организованного «Мемориалом» и сайтом Shalamov.ru, в сентябре 2015 года в ряде  вузов Москвы прошли открытые лекции  ведущих российских и зарубежных исследователей Шаламова.
    • «Прямой наследник русского модернизма». Варлам Шаламов и авангардная традиция
      Как вышло, что «лагерная проза» стала наследницей художественных экспериментов начала ХХ века? Какую роль сыграла московская авангардная школа в становлении писателя Шаламова? Что такое «новая проза» Шаламова и как нужно читать его «Колымские рассказы»? Казалось бы, свободные художественные эксперименты начала ХХ cтолетия к середине века ушли в небытие, задавленные идеологической цензурой и ужасом советской действительности. Но автор самого глубокого и правдивого свидетельства о колымских лагерях – предельного, худшего варианта этой действительности – прямо называл себя продолжателем авангардной традиции.
    • Видеозапись экскурсии по шаламовской Москве
      Экскурсия прошла 17 сентября 2016 г. в рамках просветительской программы «Москва Варлама Шаламова», организованной «Международным Мемориалом» и редакцией сайта Shalamov.ru. Экскурсовод: главный редактор сайта Shalamov.ru Сергей Соловьёв. Съемка: Николай Панков. Монтаж: Марианна Арманд.
  • Фотографии